Самым ярким шахматным событием в последние годы для меня, как, вероятно, и для многих других любителей этой игры, стал «сверхмарафонский» поединок между двумя сильнейшими гроссмейстерами — Гарри Каспаровым и Анатолием Карповым. Так уж вышло, что, оставаясь нейтральным, я как бы жил одной с ними жизнью. Присутствовал на всех московских партиях в матчах 1984—1985 годов, выезжал в Лондон, Ленинград, Севилью. Ведь почти все партии их единоборства я регулярно освещал по Центральному телевидению и радио, в прессе.
Думаю, что этот отрезок шахматной истории уникален и он останется в памяти любителей шахмат надолго. Ибо такой степени интенсивности борьбы за мировую шахматную корону еще не было. Для сравнения: до встречи Каспарова и Карпова на высшем уровне наибольшее число партий в матчах на первенство мира сыграли М. Ботвинник и В. Смыслов. За четыре с небольшим года (1954—1958) они в трех единоборствах провели 69 встреч. А здесь за три с малым года (1984— 1987) соперники в четырех матчах, следовавших один за другим с интервалом менее года, сыграли 120 партий.
Все эти матчи вызвали небывалый доселе интерес во всем мире, и не только у любителей шахмат. И, несмотря на огромное число партий, интерес к ним сохранился до конца. На мой взгляд, причина этого заключается прежде всего в равенстве сил противников, в то же время ярких антиподов по своему характеру, стилю и творческим воззрениям.
Настоящая книга во многом построена по типу дневника. При этом я старался делать акцент на чисто шахматную, творческую сторону, придерживаясь, разумеется, хронологии описываемых событий. Матчи были предметом широкого обсуждения, вокруг каждой партии шли горячие споры как среди специалистов, так и в широких массах рядовых любителей шахмат. Отсюда повышенная общественная эмоциональность, порождавшая всевозможные домыслы, порой фантастические слухи. Естественно, к последним я относился с изрядной долей сомнения. Впрочем, кое-что, где достоверность вполне достаточная, я счел нужным включить в свою рукопись. Особенно из сферы юмора, чтобы время от времени давать «разрядку» читателю, отвлекая его от чисто шахматных проблем.
Каждый из четырех матчей имел свою специфику, свои особенности. Именно поэтому я счел нужным разделить книгу на несколько частей. В первых четырех в хронологическом порядке изложены перипетии каждого из единоборств. В заключительной, пятой, части я старался сделать некоторый психологический анализ, попробовал дать эволюцию стиля каждого из соперников. Ведь, в сущности, это был экстремальный период в жизни и Карпова, и тем более Каспарова, человека еще весьма молодого. И этот период способствовал не только пополнению их теоретического багажа, дальнейшему совершенствованию мастерства, но во многом и изменению черт их игры и даже характера.
В основном я использовал те свои материалы, которые были опубликованы в печати, которые делал для себя в процессе работы комментатором. Сопоставляя ранее написанное с нынешними оценками матчей, могу не без удовлетворения отметить, что оценки по свежим следам были верны. Моя совесть спокойна, ибо стало очевидным, что я не следовал конъюнктурным соображениям и если ошибался, то только в конкретной оценке тех или иных ситуаций. (Именно эти экспресс-комментарии и подверглись тщательной ревизии и в ряде случаев даже серьезному изменению.)
Естественно, я использовал высказывания обоих гроссмейстеров, а также мнение наблюдателей, квалификация и авторитет которых не подлежат сомнению. Сразу же замечу, что значительно чаще приходилось цитировать и упоминать Каспарова. Ведь Карпов и говорил и выступал в печати заметно реже и лаконичнее. Здесь проявилась, вероятно, и разница их характеров, и суть ситуации — обычно больше склонен к разговорам, интервью и т. п. победитель, нежели побежденный.
